КИЕВСКИЙ
МЕЖДУНАРОДНЫЙ
ИНСТИТУТ
СОЦИОЛОГИИ
социологические и
маркетинговые
исследования
тел. 537-3376
office@kiis.com.ua

ESC or click to close

В.И.Паниотто. Социология и манипуляция

Статья генерального директора КМИС В.И. Паниотто



«Неверие в данные социологов – это форма

интеллектуального жлобства и дремучего невежества»

Евгений Киселев

(«Реальна політика з Євгеном

Кисельовим», 24 травня 2020)

 

Если обвиняют социологов, - говорила Ирина Бекешкина, - значит, начались выборы.  К сожалению, в последнее время создается впечатление, что выборы у нас никогда не заканчиваются.   И постоянной темой является продажность социологии, «заказные» исследования и манипуляция с помощью данных социологических исследований.  Попытаюсь в очередной раз[1] рассказать, как работают социологи, и каким образом можно, а каким нельзя использовать данные социологических исследований для манипуляции общественным сознанием (конечно, речь идет в основном о политических исследованиях).

Почти все опросы, проведенные в Украине, имеют политических и бизнес-заказчиков,  за

свой счет или за счет независимых фондов проводится менее 1% опросов.  Почему же говорят о заказных опросах, если все они заказные?  Что имеется в виду?

Моя организация – Киевский международный институт социологии (КМИС) –

с момента основания в 1992 решила отказаться от селекции клиентов по политическим ориентациям и «не подоходить близко» ни к одной политической силе, чтобы не попасть в зависимость.   В 2014 мы отказались от заказов российских компаний, но принимаем заказы любых украинских организаций (нам они могут казаться подозрительными, но раз власть и СБУ разрешает им функционировать, то должна работать презумпция невиновности).  Во время выборов 2019 года мы проводили опросы и качественные исследования для всех основных лидеров президентской и парламентской гонки. Мы не участвуем ни в каких политических проектах, наша задача или, если хотите, кредо – дать точную информацию, мы хотим быть эталоном на рынке социологических услуг.  Результаты опросов по одинаковым вопросам для разных заказчиков полностью совпадают (разумеется, в рамках ошибки выборки) и не зависят от заказчика.   

Что же зависит от заказчика? Чем он может управлять?

Это во-первых, тематика опросов, во-вторых, какая часть информации публикуется.  Тематика полностью зависит от заказчика, он ставит вопросы, которые нужны ему для политической борьбы, политической кампании.  Поскольку заказчик является собственником полученной информации, он за нее уплатил, то имеет право, по всем международным законам, публиковать  лишь ту информацию, которая ему выгодна.  Можно ли это назвать манипуляцией (хотя и законной)?   Выбор тематики точно нет, а сокрытие части информации может быть и можно было бы. Но, думаю, что при таком подходе любая пропагандистская работа политической партии может считаться манипуляцией.   А манипуляция все же предполагает определенную степень обмана. Так что я бы не называл это манипуляцией, закрепив за этим словом более откровенные формы обмана.

            Может ли заказчик так сформулировать вопрос, чтобы он смещал информацию в нужную ему сторону?  Если работает профессиональная социологическая компания, которая давно на рынке и хочет работать и в будущем, то она дорожит своей репутацией и не может позволить уступки заказчику.   Мы корректируем первичный вариант вопроса заказчика  так, чтобы он был методически правильным или отказываемся от заказа.  Это правило для всех менеджеров проекта (у нас и в офисе висят таблички  «репутация важнее прибыли»).  К тому же у социологов есть механизмы, обеспечивающие выполнение правил (профессиональные ассоциации, комитеты по этике, аккредитация).  Однако, различные политики и политические силы время от времени обращаются в пиар агентства и псевдо-социологические фирмы, которые обеспечивают любой социологический результат, необходимый клиенту (как правило, исследование при этом вообще не проводится).  В этом случае политическая сила определенно занимается манипуляцией, псевдо-социологи тоже, но это же не социологи, а самозванцы, социологи не имеют к этому никакого отношения.  Я уже не раз цитировал по этому поводу Ирину Бекешкину: «- Простите, но при чем здесь социология? Почему Вы ее обвиняете?  Вот скажите, если я надену белый халат, возьму скальпель и начну резать людей направо и налево?  В этом будет виновата медицина?»

По моим наблюдениям после 2004 года основные профессиональные социологические компании не занимались манипуляцией социологическими данными.

Однако, манипуляции данными происходят регулярно.   Во-первых, реальные социологические данные искажаются при публикации, некорректно и тенденциозно трактуются, вырываются из контекста, публикуются под заголовком, который искажает восприятие результата.  Во-вторых,

СМИ без какой-либо проверки публикуют вымышленные данные псевдо-социологов.  Таким образом, манипуляцией социологическими данными занимаются политические силы и работающие на них журналисты.

Наконец, еще один способ манипуляции общественным сознанием – это опорочить реальные социологические данные и обвинить получивший их социологический центр.

Приведу несколько  примеров.   Перед выборами все политические силы ищут популярных кандидатов, заказывают опросы с разными списками кандидатов и если какой-то из списков для них более выгоден, эти данные публикуются.  Некоторые на вид вполне разумные политики, политологи и журналисты всерьез утверждают, что социологи «виноваты» в победе Зеленского, так как зачем-то вставили его фамилию в список.  И вообще, одни фамилии социологи вставляют и «раскручивают», а другие не вставляют.  Если бы я в это верил, то просто упивался бы могуществом социологии.  Увы, некоторые фамилии годами вставляются во все списки (не буду их называть, чтобы не обижать), а они вот не раскручиваются и все тут.

Можно ли сказать, что здесь есть манипуляция?   До тех пор, пока не закончена регистрация участников выборов, любые списки равноправны.  Если же после регистрации появится список, которые ему не соответствует – это будет чистой воды манипуляция.

А вот вопрос, за который КМИС обвиняют уже несколько дней – заказчик хотел знать, на каком из двух языков (украинский и русский) население хочет видеть меню в ресторанах и т.п.

Вопрос этот вызвал бурю эмоций.  Прежде всего, самим фактом, зачем это нужно спрашивать.  Мне тоже не кажется, что это важно, но у заказчика, видимо, свои планы, возможно, искусственно раздувать вопрос о языке, как пишут критики.  К сожалению, многие политические силы (и пророссийские и проукраинские) педалируют этот вопрос перед выборами, мобилизуя своих избирателей.  Однако, это не дело социологов объяснять заказчику, что его должно интересовать, наша задача точно измерить те явления, которые его интересуют, т.е. так, чтобы не было смещений и не было навязывания респондентам того или иного мнения.    Последние 50 лет я занимаюсь именно качеством социологических данных, пишу книги, учу студентов, езжу на методологические конференции.   И могу сказать, что все основные правила при формулировании этого вопроса выдержаны, варианты ответов сбалансированы и никаких серьезных смещений при измерении не было.  Разумеется, методологи могут обсуждать нюансы вопроса, но тут уже мы вступаем в сферу привычек и вкусов. Это как медики, которые при лечении должны использовать определенный протокол, но в рамках протокола могут быть какие-то нюансы на выбор врача.

Вот этот вопрос.

Останнім часом було багато дискусій про те, якою мовою – українською та/або російською – має бути меню (опис страв) в їдальнях, закусочних, кафе і ресторанах (крім таких мов, як англійська та ін.). З яким твердженням ви згодні більшою мірою?  %

Тільки українською мовою на всій території країни 25
Обов'язково українською мовою і додатково російською мовою, де більшість населення цього бажає 27
Українською та російською мовами на всій території країни 40
Обов'язково російською мовою і додатково українською мовою, де більшість цього бажає 1
Тільки російською мовою на всій території країни 0
Інше 2
ВАЖКО СКАЗАТИ 4

 

Однако, при восприятии результатов социологических исследований существует следующая стопроцентно действующая закономерность: если результаты нравятся, то формулировка вопроса кажется идеальной, а социологическая фирма – замечательной.  Если результаты не нравятся, то люди прилагают все свои интеллектуальные способности, чтобы найти недостатки в вопросе, а фирма выглядит подозрительной («я так верил КМИСу, а теперь вот и он продался»).   При этом и политики и журналисты уверены в своей социологической компетентности,  а если уж кто-то прослушал курс социологии, то и говорить нечего (хотя, увы, прошедшие в июне на нашей кафедре защиты дипломов показали, что даже магистры социологии делают ошибки в методологии).  Например, один из бывших депутатов (Беспалый), которому не понравились результаты об отношении населения Украины к России, стал критиковать стандартный Геллаповский вопрос и доказывать, что измерять отношение к России некорректно, так как это слишком сложный объект и люди не могут оценить его как целое.  Поэтому КМИС, с его точки зрения, манипулирует данными.   С таким подходом социологи вообще не смогут проводить опросы, так как все социальные объекты очень сложные.

Журналист TEXTY.org.ua Taras Shamayda написал  «По-перше, Ви робите підводку про буцімто багато дискусій навколо того "українською чи російською" (sic!) мають бути меню. По-друге, чомусь штучно в цій же підводці всі інші мови, крім української та російської, виводите за дужки, нав'язуючи респонденту московський дискурс про українсько-російську мовну дихотомію в Україні. При цьому дивним чином у переліку варіантів нема саме того, який передбачений законом і який, зрештою, випливає зі здорового глузду: "Українською - обов'язково; російською, англійською чи будь-якими іншими мовами - на розсуд власників закладу".    То же самое пишет бывший министр здравоохранения Уляна Супрун Саме питання є прикладом маніпулятивного формулювання, як і запропоновані варіанти відповідей. Адже у переліку навіть немає варіанту, передбаченого законом про мову, — що меню в закладах обов’язково має бути українською, решта мов — на розсуд власника. Немає варіанту — немає його вибору респондентами, тож бачимо як через такі “фішки” респондентів підштовхують до бажаного вибору, а не дізнаються їхню реальну думку.  (4 тысячи лайков и почти 700 поделились).

Ну вот представьте себе, что у нас был бы такой вариант среди перечня вариантов и он, предположим, набрал бы 80%. Скажем, так?

Якою мовою – українською та/або російською – має бути меню (опис страв)

Тільки українською мовою на всій території країни 20
Обов’язково має бути українською, решта мов — на розсуд власника 80
Інші 0

 

Как Вы теперь определите, какой процент населения хочет, чтобы меню была на украинском и на русском?   Какой процент населения хотел бы видеть вторым языком русский?  И на территории всей страны или лишь в части регионов?  В эти 80%  «свалятся» самые разные люди – и те, кто хочет чтобы второй вариант был на русском по всей стране и те, кто хочет русский только на части территории.  Абсолютно нелепое предложение, он не отвечает на исследовательский вопрос.  Чтобы это понять – не нужно иметь социологическую культуру, а хотя бы элементарный здравый смысл.   И вот на таком нелепом основании журналист и министр упрекают КМИС в манипуляциях.    Это пример того, как политические ориентации затмевают сознание или же это сознательная манипуляция общественнм мнением, чтобы вызвать недоверие к результату, который невыгоден твоей политической силе.  Кстати, Тарас Шамайда написал, что мы изменили первоначальную формулировку вопроса по требованию клиента, хотя я говорил прямо противоположное (прослушайте еще раз запись нашего разговора, если Вы это написали не намеренно, извинения принимаются).

Кстати, и Тарасу Шамайда и Уляне Супрун совершенно напрасно не понравились данные опроса, они просто не поняли их.  Ведь 92% опрошенных (сумма первых трех позиций) считают, что украинский в меню должен быть обязательно  на всей территории страны  и только 1% против, т.е. население фактически поддержало принятый закон.  А русский для всей территории страны выбрало лишь 41% опрошенных.

Кстати, в прошлом году Социологический центр им.Паниной наградил  TEXTY.org.ua (и еще пять изданий) за вклад в популяризацию и распространение социологических знаний, так что уровень Тараса Шамайды – это уровень журналиста одного из самых социологически подкованных изданий.  Замечу также,  что уровень социологической культуры (как и культуры вообще)  в комментариях к статье Уляны Супрун хорошо характеризует пост  Инны Долженковой   « Соціологія - продажна дівка буржуазіі. Ну, чи сучар мертвечука. Шкода, що померла Ірина Бекешкіна, а не Паніотто.»  А Инна Долженкова это не рядовой обыватель, а журналистка одного из моих любимых изданий - «Детектор медиа», давнего партнера КМИСа.  А «Детектор медиа» специализируется на медиаграмотности, так что уж кто-кто, а пани Инна могла бы попытаться разобраться в сути, а не бездумно поддерживать социологически безграмотные обвинения (не говорю уже о моральной стороне вопроса, дай ей бог здоровья!).

И еще одна проблема – обнародование Заказчика.  Тут есть определенные противоречия в требованиях международных социологических ассоциаций.  С одной стороны, они рекомендуют обнародовать заказчика, особенно в политических опросах, с другой стороны запрещают это делать, если это есть в контракте с заказчиком.   Украинское законодательство запретило СМИ публиковать результаты без указания заказчика.  И социологи в этом заинтересованы, Социологическая ассоциация Украины одобрила этот закон! Если бы СМИ придерживались бы закона, то заказчики реже использовали бы данные социологических исследований для пиара!   Но представители общественных организаций не стали бороться со СМИ по следующей логике – « Однак виникало логічне питання: звідки ж тоді медіа повинні брати відповідну інформацію, якщо соціологічні центри її не розкривають?»

https://yur-gazeta.com/publications/practice/inshe/zamovnik-opituvannya-gromadskoyi-dumki-zamovchuvati-ne-mozhna-vidkriti.html   
Ну как же, олигархи, владеющие СМИ, будут испытывать затруднения, печатать лишь те опросы, где заказчики раскрыли инкогнито, политические передачи станут менее интересными да и манипулировать сложнее. Нельзя обижать олигархов!   Да  и вообще с ними опасно бороться.  Проще с социологами.  И вот ЦЕДЕМ - Центр демократии и верховенства права (руководитель Тарас Шевченко) сначала угрожает судом 4-м социологическим центрам, а потом предлагает внести эту норму в Избирательный кодекс.  И тут – победа!  З 1 січня 2020 р. вступив в дію Виборчий кодекс України, який закріплює обов’язок для дослідників публікувати інформацію про замовника опитування громадської думки з виборчих питань.  Аплодисменты!

Какие тут последствия?  Мне в Фейсбуке один очень симпатичный мне исследователь предложил не брать заказы, где заказчик настаивает на конфиденциальности – «ну немного потеряете в деньгах, но к Вам все равно будут обращаться, так как у вас качественные данные».  На фоне очень конкурентного рынка и полной остановки заказов с поквартирными интервью если мы не возьмем заказ - это риск для выживания КМИСа.  Если же мы берем заказ с этим пунктом и передаем по требованию заказчика данные в печать, то СМИ уже не отвечают за публикацию данных без заказчика, так как есть социологи, это они, злодеи, нарушают закон.  Раньше это называлось вилкой (шахматная терминология), сейчас растяжкой, но оба варианта чреваты неприятностями.  Я не понимаю, почему общественные организации так рьяно защищают интересы олигархов?  Однако борьба с социологами идет успешно.

Публикация заказчика полезна для пониманию стратегии политической борьбы той или иной политической силы, Вы понимаете, какие вопросы их интересуют, но при заказе опроса профессиональным социологам результат от заказчика не зависит.  Я тут категорически не согласен с Сергеем Лещенко, который призывает не верить данным КМИСа, которые якобы собраны по заказу Медведчука.   И говорит о том, что в апреле  2004 года  КМИС  провел 3 опроса для разных заказчиков, которые отличались друг от друга.  Еще раз напомню, что ДО ТОГО, КАК ЗАРЕГИСТРИРОВАНЫ УЧАСТНИКИ ВЫБОРОВ (а в апреле до выборов оставалось еще полгода), списки разных клиентов отличаются и результаты тоже отличаются, так как они зависят от списка (если в одном списке один представитель какой-то политической силы, а в другой – три, то каждый из них получит намного меньше) .  Не понимать этого – либо некомпетентность либо манипуляция.   Напомню также, что как раз в 2004 году Национальный экзит-пол (КМИС, центр Разумкова, Деминициативы), несмотря на серьезное давление на нас,  показал, что выиграл Ющенко, а не Янукович и во многом способствовал выходу людей на Майдан и отмене результатов выборов.   Кстати, после экзит-пола доверие к социологам в обществе существенно выросло (баланс довіри і недовіри до соціологічних центрів у 2002 році був лише +7%, а у грудні 2004 виріс до +44%, див. https://www.kiis.com.ua/?lang=ukr&cat=reports&id=915&page=1).

 

Подводя итоги, хочу сказать, что главная манипуляция с реальными социологическими данными  - усилившаяся сейчас тенденция уничтожать репутацию социологического центра, который получил данные, неприятные для той или иной политической силы  (имитацию опросов пиар агентствами нельзя относить к социологии).  Замечу, что в европейских  странах и США такого нет,  политики не пытаются посеять недоверие к социологам.  Украинские социологи отлично сработали во время избирательной кампании 2019 года.

 

Если сравнить данные исследований социологических компаний между собой и с результатами выборов, например, в 1-м и 2-м туре президентских выборов, то разница очень невелика. См.

http://kiis.com.ua/?lang=ukr&cat=reports&id=849&page=7&y=2019

http://kiis.com.ua/?lang=ukr&cat=reports&id=859&page=6&y=2019

Но несмотря на то, что качество социологических исследований повысилось, доверие к данным социологических центров несколько снизилось https://www.kiis.com.ua/?lang=ukr&cat=reports&id=915&page=1), количество респондентов, которые доверяют социологическим исследованиям было 50 % в 2016 году, стало 42% в 2019.

А количество тех, кто не доверяет, в 2019 году было 21% (остальные не определились). Все же даже после снижения социологам доверяют вдвое больше респондентов, чем не доверяют.

К счастью, пока по этому показателю социологи по уровню доверия уступают только волонтерам, церкви и армии и намного опережают других, например, журналистов. Но если борьба с социологами будет продолжаться, то будет все труднее отличить социологов от имитаторов, и манипулировать общественным сознанием станет легче. 

Мы стремимся дать обществу объективную социологическую информацию, разнообразие заказчиков делает картину более полной, а не искажает ее.  А если Вы разобьете зеркало, то будете довольствоваться описанием ренальности, которое Вам предложит тот телевизионный канал, в который вложили больше денег.



[1] См., например, Будні соціології: як вибори – так хоч звільняйся

Володимир Паніотто, для УП _ Понеділок, 09 липня 2012

http://www.pravda.com.ua/articles/2012/07/9/6968394/

В.Паниотто.  Заказные и заказанные опросы. Должны ли социологи исполнять любой каприз заказчика,  журнал «Фокус», 02.12.16 

https://focus.ua/opinions/361816/,    В.Паниотто.  Различия в социологических данных «Зеркало недели. Украина» №45,  26 ноября — 2 декабря 2016

http://gazeta.zn.ua/internal/razlichiya-v-sociologicheskih-dannyh-_.html

 Поверь в опрос. Директор КМИС Владимир Паниотто: "социологам доверяют лишь 43%, а не доверяют 20% населения"  Фокус, Евгения Королёва,  2019-02-08,  https://focus.ua/politics/419968-igry-sociologov.html   

 

 

 


17.7.2020
ФИЛЬТР ПО ДАТЕ
Год:
Месяц: